и несёт в свою спальню. На кровать укладывает, тело моё снова осматривает. Я ноги раздвигаю, чтобы ему лучше видно было, бёдрами вперёд поддаю, завлечь хочу в свою игру под названием « Измена». А он не ведётся. Вижу что член стоит, выпирает из спортивных штанов. Кит одеяло берет, и накрывает меня.
– Спи.-говорит и уйти хочет.
И мне так страшно становится, боюсь одна остаться, снова реву.
– Не уходи.– умоляю сквозь слезы.
Челюсть сжимает крепко, до хруста зубов. Рядом со мной поверх одеяла садится, по голове гладит, успокаивает. Чувствую себя тварью последней. В кого превратилась за один день? Сама себя не узнаю. Ощущаю его тепло рядом, поддержку. Знаю что не осуждает и никогда не осудит. Спокойно становится, в объятья к Морфею проваливаюсь. Хочу проснуться утром и чтобы это всё сном оказалось. Чтобы Дан мне завтрак готовил, целовал, и был только моим.
Глава 4.
Первым что дошло до сознания, это нестерпимая боль в груди и понимание того, что мне это всё не приснилось. Голову поднимаю, осматриваюсь. Одна в комнате. Голова трезвая, ясная. Всё как на ладони. Понимаю что вчера произошло и как дальше поступить нужно. Беру в руки телефон, включаю, захожу на Госуслуги, хочу проверить подала ли заявление на развод. Уведомление не прочитанной галочкой горит. Сообщают что супруг отклонил заявку. Пишут что нужно в ЗАГС ехать, на прямую заявление подавать и разводится через суд. Суд, значит суд. Не хочет по хорошему, будет по плохому. Нас всё равно разведут в одностороннем порядке, даже если он против. Правда это может затянуться на несколько месяцев. Хорошо что детей нет. На экране телефона почти сотня пропущенных от Дана и десятки сообщений. Интересно до дрожи, что он там говорит. Всем сердцем хочу чтобы оправдался. Чтобы придумал такие отговорки, чтобы я поверила! Пусть скажет что мне показалось, что я всё не так поняла, что это был оптический обман или иллюзия. Отключаю телефон и в сторону убираю. Понимаю что мне не показалось, хорошо всё разглядеть успела. Встаю, достаю из шкафа футболку Никиты и его трусы. У меня кроме плаща ничего нет. Иду в душ, не терпится смыть с себя запах терпких дорогих духов и последствия вчерашней близости с Максимом. Не понимаю, как можно изменять любимому человеку. Как можно хотеть кого-то целовать, кроме любимого? Ещё и удовольствие получать от этого. Противно так, что тошнит. Больше никогда в жизни, по своей воле без любви ни с кем спать не буду. Легче не стало, только хуже. Больно невыносимо. Даже не знаю, от чего больнее. От того что он изменил, или от того что врал глядя в глаза. Вроде бы и разницы особой нет, но в тоже время это разные вещи. Был бы честен со мной до конца. Не унижал этой ложью. Сказал бы как есть, что не может быть только с одной, что хочет всех девушек перетрахать. Я бы уже выводы делала, быть с ним или нет. А так получается что предал, обманул, унизил. Выхожу из душа, иду на кухню и холодильник открываю. После вчерашней попойки необходимо поесть. У Никиты только набор холостяка: пиво, колбасная нарезка и протеиновые батончики. Беру бутылку холодной воды и закрываю холодильник. Придётся привыкать заботиться о себе самой. Вкусные завтраки мне больше не светят. Замечаю записку на столе, беру в руки, читаю. Кит догадался послание оставить на бумаге, знает, что телефон не буду включать. Пишет что завтрак заказал, привезут к одиннадцати часам и что постарается приехать к обеду. Просит никуда не уходить. А я никуда и не уйду в его трусах и плаще. Да и идти некуда.
Курьер привёз куриный бульон, ещё горячий, и несколько круассанов с малосольной рыбой, мои любимые. Поела и вроде полегчало немного. Жду Никиту, не терпится узнать как там дела обстоят. Что Дан этой ночью делал? Что говорил? Что вообще думает после всего произошедшего?
Никита приехал после обеда, как и обещал. Привёз мне нижнее бельё, несколько футболок, спортивный костюм и кроссовки. Всё новое, с бирками из дорого бутика. Сразу переодеваюсь.
– Мне нужно квартиру снять.-говорю.– И вещи перевести. Поможешь?
Молчит. Головой кивает. Серьёзный такой, что страшно становится.
– Что случилось?-спрашиваю.
– Дан в полиции.– говорит, смотрит в глаза, ждёт моей реакции.
Сажусь на кровать, ноги не держат, впиваюсь в его лицо взглядом.
– Кристина заяву накатала, об изнасиловании. Требует чтобы он развелся и на ней женился, тогда заберёт заявление.-голос звучит строго, сдержанно. Взгляд серьёзный, видимо на самом деле всё плохо.
Истерически улыбаюсь, обхватываю себя за плечи и крепко сжимаю.
– А Дан что?-спрашиваю и глаза отвожу.
– Боится что ты на развод подашь. Просил передать, чтобы глупостей не делала.-Кит подходит ко мне и обнимает за плечи, дает понять что он рядом. Чувствую его поддержку и уверенность. Носом шмыгаю, в горле искома стоит.
– Вы с этим разберётесь?-шепчу в его грудь.
– Кот связи свои пробивает по уголовке, адвоката ищет. Старый за деньгами поехал, предложим ей столько, что она отказаться не сможет.-отвечает и меня по спине гладит, успокаивает.
– Хорошо.– нос вытираю, из его объятий выбираюсь. Смешно становится, как бы не пришлось в суде выступать в качестве свидетеля, доказывать, что мой муж её по согласию трахал на моих глазах. Ненавижу его, но тюрьма это слишком, ещё и статья не шуточная. – Сколько времени это займёт?
– Постараемся быстрее. Думаю за пару дней все разрулим.-говорит Кит.
– Отлично.-отвечаю и нервно улыбаюсь.– Успею вещи перевезти и на развод подать.
Никита меня домой отвёз и поехал к Дану в полицию. Заур звонил, вроде адвоката хорошего нашёл. Федя тоже звонил, просил не пороть горячку, обещал что всё наладится. Переживают за друга, и за меня.
Захожу в квартиру, а там тепло, светло и уютно. Ещё пахнет нашим счастьем и любовью. Кажется что Дан сейчас войдёт, поцелует меня, вместе душ примем, вместе поужинаем и в приставку зарубимся. И всё будет как раньше. Осматриваю мебель и предметы интерьера. И каждый угол хранит в себе воспоминания о нашем сексе. Интересно, какого ему будет приводить сюда своих новых шлюх после развода? Шкаф открываю и вещи все в чемодан запихиваю, даже не складываю. Из ванной всё забираю, даже зубную щётку. Не хочу чтобы здесь осталось даже напоминание обо мне. Резинки для волос по всей квартире собираю, заколки выискиваю. На улице уже глубокая ночь, а я всё заметаю следы своего семейного счастья. Корзины с
